Вот тебе, бабушка, и права человека

10.12.2015
This post is also available in: Английский

Государственная Дума РФ стремительно приняла закон об отмене обязательного исполнения решений институтов международного права, постановив, что Конституционному Суду и президенту РФ (их разрешение теперь потребуется для отказа в исполнении решений ЕСПЧ, Комитета по правам человека ООН и др. органов) виднее, нужны нам какие-то права или нет. С принятием закона так спешили – наверное, хотели успеть к Международному дню прав человека (он отмечается 10 декабря в годовщину принятия в1948 г. Генеральной Ассамблеей ООН Всеобщей декларации прав человека, возникшей как ответ на трагедию Второй мировой войны и осознание ее причин: как сказано в Преамбуле, именно «пренебрежение и презрение к правам человека привели к варварским актам, которые возмущают совесть человечества»).

10 декабря этого года в ООН стартует годовая кампания, посвященная борьбе за свободу слова, в преддверии 50-летия двух пактов в области прав человека — Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах и Международного пакта о гражданских и политических правах, принятых Генассамблеей ООН 16 декабря 1966 года и составляющих, вместе с Всеобщей декларацией, Международный билль о правах человека.

В Преамбуле к Международному Пакту об экономических, социальных и культурных правах сказано: «…идеал свободной человеческой личности, свободной от страха и нужды, может быть осуществлен только, если будут созданы такие условия, при которых каждый может пользоваться своими экономическими, социальными и культурными правами, так же как и своими гражданскими и политическими правами…».

Все эти основополагающие документы были подписаны и ратифицированы РФ, что означает и обязательства соблюдать закрепленные в пактах, конвенциях и декларациях права, отчитываться об их соблюдении, выполнять рекомендации профильных комитетов ООН. Комитет по правам человека, следящий за выполнением норм Международного Пакта о гражданских и политических правах, выносит еще и решения по индивидуальным жалобам граждан РФ, предлагая, таким образом, некоторую альтернативу Европейскому Суду по правам человека в тех случаях, когда заявитель заинтересован скорее в самом решение КПЧ, чем в материальной компенсации ущерба (что входит в обязательные меры по выполнению решений Страсбургского суда, тогда как Комитет может лишь рекомендовать выплатить компенсацию). Новый закон, принятый Госдумой, видимо, подразумевает возможность отказываться выполнять как решения ЕСПЧ, так и постановления Комитета по правам человека, что, несомненно, противоречит принципу приоритета международного права над национальным российским, закрепленным в той самой Конституции РФ, которую должен был бы защищать Конституционный Суд – инициировавший антиконституционный закон…

Одно утешение – решения, принятые ЕСПЧ и КПЧ до принятия нового закона, все же должны быть исполнены, – посмотрим, как это будет делаться. Месяц назад Антидискриминационный центр «Мемориал» получил важное решение КПЧ ООН, касающееся жалобы, поданной бывшим сотрудником нашей организации на нарушение его права на справедливый суд и на свободу слова Правозащитник и активист Филипп Костенко был дважды осужден петербургскими судами и приговорен к административному аресту за нарушения, которых он не совершал, а если бы и совершал (ругался на сотрудника полиции и пытался пройти на несанкционированный митинг против фальсификации выборов), то все равно за это никак нельзя было бы сажать на 30 суток в тюрьму. Решение КПЧ по этой жалобе – признание нарушений статей 14 (право на справедливое судебное разбирательство) и 19 (право на свободу слова), главное же – Комитет потребовал от РФ принять меры для избежания подобных нарушений прав граждан в будущем и отчитаться о принятых мерах.

Положение правозащитников в мире в последние годы таково, что возникает необходимость в принятии отдельных резолюций ООН по их защите. В 2011 (66/164 от 19 декабря 2011) и 2013 (68/181  от 18 декабря  2013) году резолюции были посвящены распространению Декларации о правозащитниках и женщинам-правозащитницам; а в 2015 году Норвегия инициировала резолюцию «О признании роли правозащитников и необходимости их защиты», и окончательному голосованию по этой резолюции предшествовали довольно бурные дебаты – так, Африканская Группа предложила 42 поправки, которые снижают ценность документа (в частности, было предложено удалить из текста ссылки на легитимность работы правозащитников, на Декларацию и другие международные обязательства, «размыть» объяснения необходимости защиты правозащитников и т.д.). Другие страны поддержали эти контрпродуктивные поправки или внесли подобные же свои – Вьетнам, Индия, Индонезия, Иран, Ирак, Катар, Китай, Куба, Малайзия, Пакистан, Сингапур и – Россия. Впрочем, благодаря кампании в поддержку резолюции большинство негативных поправок все же в итоговый текст не вошло.

25 ноября 117 стран проголосовали за резолюцию, 40 стран воздержались – среди них неожиданно оказались те, где правозащитников жестоко преследуют (среди таковых нашему региону принадлежат Азербайджан, Беларусь, Узбекистан), но даже они не решились прямо противодействовать резолюции. А вот Россия проголосовала против, и здесь ее «единомышленниками» оказались страны одиозные в смысле нарушения прав и свобод – Китай, Северная Корея, Сирия, Бурунди, Иран, Пакистан, Судан…

На фоне негативного отношения к правозащитному движению и международным правозащитным документам и институтам, которое насаждается в России в последние годы, отрицание роли правозащитников и необходимости их защиты, продемонстрированное РФ этим голосованием, выглядит, увы, вполне логичным. Общественные организации продолжают вносить в список «иностранных агентов», уже звучат обвинения правозащитников в «антиконституционной» и «антироссийской» деятельности (как в случае ПЦ «Мемориал» в Москве), их допрашивают и обыскивают (как недавно «Машр» в Ингушетии), запугивают, лишают свободы, не говоря уже о похищениях и убийствах, – в общем, российские власти делают все то, что запрещено принятой резолюцией. В ней говорится, что нужно срочно прекратить использование законодательства, ограничивающего правозащитную работу, уделить особое внимание защите женщин-правозащитниц как особо уязвимых, не прикрываться «борьбой с терроризмом» для того, чтобы преследовать несогласных, немедленно освободить из заключения осужденных за правозащитную работу, в том числе экологическую, не объявлять секретной информацию о грубых нарушениях прав человека, не стигматизировать и не преследовать тех, кто защищает меньшинства от дискриминации, – все или почти все сказано прямо про нас, почти каждое положение резолюции можно проиллюстрировать печальным примером репрессий против российских правозащитников.

В то время как в России международное право, сама концепция прав человека, правозащитники отчетливо дискредитируются, в ряде стран принимаются национальные документы по защите правозащитников (что, кстати, отмечено и приветствуется в только что принятой резолюции). Руководящие принципы по защите правозащитников существуют в Европейском Союзе, отдельно – в некоторых странах ЕС (Ирландия, Норвегия , Нидерланды, Финляндия, Швейцария). ОБСЕ в 2014 году выпустила «Руководящие принципы по защите правозащитников», которые касаются и России как участницы этой международной организации.

Резолюции, подобные принятой по инициативе Норвегии, и другие дополнительные меры нужны не для того, чтобы дать правозащитникам какие-то привилегии, а для того, чтобы они могли профессионально и независимо заниматься своей работой – защищать представителей меньшинств от дискриминации, представителей коренных народов – от произвола добывающих компаний, задержанных и заключенных – от пыток и так далее.

Вместо этого в последнее время российским правозащитникам приходится много усилий тратить на защиту самих себя и своих коллег от государственных репрессий – бесконечные суды по обжалованию незаконности прокурорских проверок, внесения в список «инагентов», штрафов за невнесение в этот список самостоятельно. Многие репрессированные правозащитные организации обращаются в Страсбург,  решения Европейского Суда до сих пор оставались последней надеждой и единственным способом восстановления справедливости, способным изменить политику и практику государства, поскольку прямого права на законодательные инициативы у граждан нет, а другие формы гражданского участия постепенно криминализуются: правозащитные и экологические НКО, влияющие на принятие любых законов, решений, стратегий объявляются «иностранными агентами».

С принятием нового закона о приоритете российского права над международным и эта надежда тает…

Возвращаясь к высоким идеалам Всеобщей Декларации, «необходимо, чтобы права человека охранялись властью закона, чтобы человек не был вынужден прибегать, в качестве последнего средства, к восстанию против тирании и угнетения»

Ольга Абраменко

Оригинал статьи опубликован на сайте Радио Свобода.

Все отчеты Все публикации