На себя оборотиться

29.06.2018
This post is also available in: Английский

Американское общество наконец обратило внимание на жестокое обращение с детьми мигрантов, разлученными с родителями на границе в Мексикой: детей содержат в изолированных помещениях за металлическими сетками, не предоставляют им юридической помощи. Министр внутренней безопасности США Кирстен Нильсен оправдывает такие меры тем, что «по закону» родители этих детей – уголовные преступники, а закон надо соблюдать. На вопрос об образе страны, который при этим вырисовывается, министр ответила: желательный для нее образ США – это «страна, в которой есть иммиграционная система, защищающая нашу границу и поддерживающая гуманитарные идеалы».

Правозащитные организации, многие политики и журналисты увидели в ситуации на границе с Мексикой неприятные аналогии времен Второй мировой войны – с нацистскими концлагерями, с лагерями для интернированных японцев, в которых детей тоже отделяли от родителей. Протесты в США, в том числе выступления первой леди страны, привели к тому, что президент Трамп отменил своим указом практику разлучения детей и родителей, хотя уголовное преследование мигрантов, пытающихся нелегально проникнуть в страну, продолжает иметь место.

Аналогии с нацистской Германией можно найти не только в рутинной работе американских миграционных служб, такие аналогии напрашиваются, например, при знакомстве с новым законодательством, принятым недавно в Венгрии. Там ввели уголовную ответственность за помощь «нелегальным» мигрантам и беженцам, и прежде всего такие меры коснутся неправительственных организаций, которые помогают мигрантам подавать заявление с просьбой об убежище. Правые политики, находящиеся у власти, оправдывают такие меры тем, что Венгрия не должна «превратиться в страну иммигрантов».

Наконец, не лучше ль на себя оборотиться? Вспомним о принятой в России практике разлучения детей и родителей-мигрантов, если эти мигранты признаны нарушителями миграционного режима. Взрослых при этом помещают в центры временного содержания иностранных граждан, а детей отправляют в специальные учреждения. Выдворяют детей и родителей из России не вместе, а по отдельности. Это происходит повсеместно, и общественный резонанс вызывают только вопиющие случаи – такой как гибель младенца Умарали Назарова, отобранного у матери во время антимигрантского рейда в Петербурге. За смерть ребенка никто не понес ответственности – ни инспектор по делам несовершеннолетних, составившая протокол об обнаружении якобы «бесхозного» ребенка в присутствии его матери, ни врачи детской больницы, при поступлении в которую мальчик был признан здоровым, а через несколько часов умер от «вирусной инфекции». Уголовное дело прекратили «в связи с отсутствием события преступления», поскольку якобы «злоупотреблений должностными полномочиями или их превышения в действиях сотрудников УФМС и полиции не выявлено». За этими формулировками – «умер от истощения иммунной системы», «дефектов оказания медицинской помощи ребенку не выявлено», «злоупотреблений не выявлено», «фактов совершения действий, от которых могла бы наступить смерть ребенка по неосторожности, не установлено» – и не разглядеть уже трагедии юной матери Зарины, которую быстренько выдворили из России вместе с маленьким деревянным ящиком, «грузом 200», как по-военному называют умерших мигрантов при их транспортировке на родину.

Решение о выдворении Зарины в Таджикистан, хотя она была потерпевшей в деле о смерти Умарали, приняла судья Ирина Керро – та самая, за конфликт с которой сейчас судят бывшего секретаря суда Александра Эйвазова. Эйвазов в своих выступлениях и жалобах в различные инстанции раскрыл вопиющие нарушения в Октябрьском суде Петербурга, за что ему грозит до четырех лет заключения.

Есть случаи, когда дети-мигранты, задержанные за «неправильные» документы, помещаются даже не в больницы, а в учреждения для несовершеннолетних правонарушителей: так, антидискриминационный центр «Мемориал» защищал в 2014 году права братьев Мусаевых – граждан Таджикистана 9, 13 и 15 лет, задержанных петербургскими полицейскими на улице и отправленных в Центр временной изоляции несовершеннолетних правонарушителей, где они находились до суда (без родителей и вместе с несовершеннолетними преступниками) две ночи и два дня, фактически в тюремных условиях. Их мать, с такой же, как и у детей, ошибкой в датах регистрации, сама была задержана при попытке вызволить детей из изолятора. Заметим, что нарушение миграционных правил в РФ – не уголовное, а административное правонарушение, и дети до 16 лет вообще не могут быть привлечены к административной ответственности.

Но даже формально подлежащих административной ответственности более старших подростков (16–18 лет) нельзя сажать в подобные места, а это случается. Например, в 2012 году 17-летний гражданин Таджикистана Дидор Н. был задержан сотрудниками полиции Красносельского района Петербурга на основании просроченной регистрации, без решения суда он был определен в ЦВИНП, где провел восемь суток, из них трое в одиночной камере (по причине карантина). Из мебели в камере были только три кровати; окно было закрыто решетками и заколочено. Постельное белье, матрасы и одеяла были в плохом состоянии. Свет горел до 21.00, и выключить могли только охранники снаружи. Питьевой воды в камере не было. Умывальник только с холодной водой находился в другом помещении, как и туалет: попасть в туалет можно было, только вызвав охранника. Родственников к Дидору не пускали, говоря, что свидания не предусмотрены, трое суток мальчик находился в полной информационной изоляции. На прогулки за все время пребывания его вывели только один раз всего на 15 минут.

Объявление детей мигрантов «оставшимися без попечения родителей», хотя родители – вот они; разлучение детей и родителей; преследования людей, которые спасаются бегством от войны, криминала, этнических чисток, голода, нищеты и безработицы, – и оправдание всего этого политикой «нулевой толерантности к нелегальным мигрантам» стало общемировым явлением. В общественной защите нуждаются мигранты и беженцы, дети и взрослые, во многих странах. На фоне усиления антимигрантских мер и правой идеологии, общей консервативности истеблишмента США радует то, что американское общество сумело убедить власть запретить разлучать семьи мигрантов, что сделает положение детей-мигрантов хотя бы чуть лучше.

Ольга Абраменко – эксперт антидискриминационного центра «Мемориал», кандидат филологических наук

Впервые опубликовано в блоге Радио Свобода

Все отчеты Все публикации