24.08.2010

ПРАВА ЧЕЛОВЕКА: Права детей

Что такое права детей и чем они отличаются от прав взрослых? В чем разница между «правами человека» и «правами ребенка»? Не каждый человек — ребенок, но каждый ребенок — человек. Более того, каждый человек или был ребенком, или является им сейчас: недаром первая же статья основополагающего правозащитного документа — Всеобщей Декларации прав человека — объявляет всех людей свободными и равными в правах с момента рождения, то есть с самого раннего детства.

К сожалению, на деле быть кем-то «с рождения» и пользоваться своими правами в детстве (тем более в раннем детстве) — совсем не одно и то же. Достаточно вспомнить о правах гражданина: не все граждане участвуют в политической жизни страны, а лишь достигшие определенного возраста, признанного достаточно «взрослым». При этом разные народы и разные эпохи понимали и понимают различно, что такое «совершеннолетие» . Как-то мне пришлось услышать от одного дедушки про его внука «Что ж — 6 лет, почти вырастили!» Древние греки считали взрослыми и полноценными гражданами всех свободных мужчин, начиная с 12 лет. Еще недавно в Европе совершеннолетними считались лишь люди, достигшие 21 года, теперь же в большинстве стран для получения права голоса, имущественных полномочий, разрешения на брак или для службы в армии достаточно дорасти до 18 лет.

Но сколь бы ранними или поздними ни были сроки «признания взрослым», очевидно, что все народы и культуры в той или иной степени ограничивают детей в правах и позволяют им далеко не все из того, что можно старшим. Поэтому ясно, что заявленные права «каждого гражданина» и даже «каждого человека» касаются детей с определенными оговорками. Отчасти эти ограничения связанны с заботой о младших: маленький ребенок неопытен, он может невольно подвергнуть опасности свою жизнь и здоровье; необразованные люди — в том числе необученные дети — часто недооценивают важность учения, не стремятся тяжким трудом получать знания, без которых их будущее может оказаться мрачным и тоскливым. Великий педагог-гуманист и писатель Януш Корчак говорил, что дети не глупее и ничем не хуже взрослых — им просто не хватает опыта. В своей знаменитой книге про короля-ребенка Матиуша I Корчак показал, как трудно детям самим нести ответственность за сложный и противоречивый мир политической и общественной жизни.

В идеале ограничение прав детей должно касаться лишь тех вопросов, в которых неопытность может реально повредить им самим или другим людям. К сожалению, на практике отношения взрослых и детей слишком часто строятся по принципу «обладающий властью — подчиненный (бесправный)». При этом власть взрослых может быть не только неполезной, но и губительной для ребенка, порой много лучше всех понимающего, что ему нужно, но не имеющего возможности защитить себя и настоять на своем мнении.

Дети не только неопытнее, но и слабее взрослых. Поэтому их права должны защищаться специальными дополнительными мерами — такими, как российский Закон о защите материнства и детства, а еще лучше — Конвенцией о правах детей Организации Объединенных Наций. Эта конвенция была принята 20 ноября 1989 и стала законом для почти 200 стран мира. Конвенция подтверждает основные универсальные права человека в отношении детей и возлагает на государства дополнительную ответственность за всех детей до 18 лет, находящихся на территории или в подчинении страны, ратифицировавшей конвенцию (в их число входит и РФ).

Дети имеют право на жизнь (ст.6), на достойное обращение (ст.19), на защиту от пыток и насилия (ст. 37 и др.), на защиту от дискриминации (ст.2), на создание благоприятных физических, социально-экономических и культурных условий для развития (ст. 24-31), на отношения с членами семьи и близкими людьми (ст.9-10), на отстаивание своих взглядов в вопросах совести и идеологии (ст. 12).

Интересы ребенка

Один из ключевых принципов конвенции — «в первую очередь должны учитываться интересы ребенка» (ст.3) — лучше было бы перевести так: «интересы ребенка всегда должны быть приоритетом». Соблюдение этого принципа в вопросах, касающихся любых решений или действий в отношении ребенка, является обязательным для всех представителей власти, государственных институтов, судов и частных детских заведений. Интересы ребенка могут пониматься по-разному. К сожалению, «интересами ребенка» многие родители и воспитатели мотивируют заведомо вредные или даже жестокие формы обращения с детьми. Физические наказания — порка, побои, таскание за волосы — до сих пор оправдываются в глазах многих взрослых словами «для его же пользы».

Опасность такого подхода не только в том, что ложно понятый педагогический долг будет вынуждать воспитателей идти на крайние меры «из лучших чувств», но и в вероятных злоупотреблениях своей властью всевозможными любителями насилия и издевательств, а в конечном счете и в формировании садистских наклонностей как в воспитателях, так и в воспитуемых. Возникает порочный круг: допустимость насилия в общественном мнении приводит к выдвижению его любителей, что опять же формирует общественное мнение, нормы поведения старших и соответствующие понятия растущих в этой системе младших. Поэтому принцип «всегда действовать в интересах ребенка» должен существовать не сам по себе, а лишь в сочетании с другими признанными и заявленными Конвенцией о правах ребенка статьями (такими, как защита от насилия, право на общение с семьей, право на справедливое и гуманное обращение в случае заключения и пр.)

Насилие запрещено — любое…

Позиция ООН по вопросу обо всех формах насилия абсолютно определенная и ясная: насилие по отношению к детям должно быть запрещено любое — физическое, сексуальное и психологическое. «Насилие по отношению к детям не имеет оправдания. В нем никогда нет никакой необходимости» — эти слова генерального секретаря ООН могли быть стать девизом мировой кампании по борьбе с физическими наказаниями детей.

Под физическим насилием понимаются любые удары, шлепки, дерганье за волосы, кручение ушей, а также какое-либо сознательное причинение ребенку боли или любого вреда его здоровью (традиционные операции, выдергивание или затачивание зубов, бинтование стоп и тому подобные способы «исправления» природных данных).

К проблеме сексуального насилия над детьми относят как любые действия или прикосновения сексуального характера, так и вынуждение детей вести половую жизнь против их желания — в том числе принуждение детей к ранним бракам. В некоторых странах Африки девочек отдают замуж начиная с пяти лет, что причиняет им и физические, и психологические страдания. Проблема ранних браков остро стоит во многих традиционных сообществах, в том числе и цыганских. Надо сказать, что практика принуждения детей к ведению семейной жизни в 11-12, а порой (правда, в редких случаях) даже в 8-9 лет все еще наблюдается даже в общинах, живущих сейчас с РФ. Этот обычай, безусловно, вредит детям — они не могут закончить даже начальное образование, у них слишком рано прерывается пора детских игр, раннее отцовство и материнство вредит здоровью как родителей-подростков, так и их малышей. Большинство детей, вынуждаемых вступить в брак слишком рано, страдают психологически от навязанных им нежелательных отношений, от невозможности выбрать себе пару по душе, от жестких требований, предъявляемых к женатым детям старшими (особенно свекровью и свекром). Несчастливость в браке часто становится причиной семейного насилия.

Психологическое насилие — еще одна форма неприемлемого обращение с детьми. К этой форме насилия относятся высмеивание, оскорбления, обзывание (обидные клички), любые словесные издевательства или сознательное нанесение обид. Все дети разные, это не может быть иначе. Но именно отличия, какие-то особенности ребенка чаще всего становятся объектом издевательств и травли. Причиной психологической травмы может стать для ребенка реакция окружающих на любую его особенность, как физическую («рыжий», «толстый», «хромой», «очкарик», «левша»), так и связанную с происхождением («нацмен», «беженец», «бомж», «детдомовец») или самоопределением (религией, сексуальной ориентацией, идеологией).

«Никто не должен подвергаться дискриминации»

Вторая — основополагающая — статья Конвенции гласит: «Все дети имеют одинаковые права и равную ценность. Никто не должен подвергаться дискриминации». Права одинаковые — дети разные. Обеспечить их всех в равной мере положенным им благополучием также трудно, как удобно рассадить детей разного роста и развития. Выход один: тем, кто меньше, надо дать стулья повыше, тем, кто не может ходить — удобные коляски и т.п. То же касается и прав — детям, чьи возможности от природы или в силу жизненных обстоятельств отличаются от нормы, нужно дать дополнительные права, чтобы обеспечить и их доступом к основным жизненным благам. Это называют «афирмативным актом» или «позитивной дискриминацией».

Очень часто можно услышать: «У нас нет никакой дискриминации — для нас все дети одинаковые».Опасность такой — вроде бы нейтральной — позиции в том, что игнорирование различий чаще всего приводит к дискриминации «других», тех, кто не может или не хочет быть как все. Раз все одинаковые — давайте все сдавать спортивные нормы, кто-то не может — выгнать из школы на домашнее обучение. Все одинаковые — давайте все говорить только по-русски и участвовать в православном молебне 1 сентября. Кто-то говорит по-цыгански со своим братом — запретить, отказывается молиться — травля (как в этом году, когда 1 сентября первоклассника в Воронежской области избили за отказ принять участие в молебне).

Права детей с особенностями — физическими, культурными, идейными — тоже закреплены правозащитными нормами. Конвенция по правам детей гарантирует «право на полноценную и достойную жизнь» детям с физическими или психическими недостатками, «право на свой язык, культуру и религию» детям, принадлежащим к общинам меньшинств, право на «защиту и помощь» детям-беженцам, детям-заключенным и бездомным детям.

Кроме того, существуют и другие конвенции, касающиеся прав как детей, так и взрослых. В ООН — по запрету всех видов расовой дискриминации, по запрету всех видов дискриминации женщин, по социально-экономическим и культурным правам, по гражданским и политическим правам. В Совете Европы принята отдельно Рамочная конвенция по правам национальных меньшинств. Следует понимать, что необходимость принятия и выполнения всех этих важнейших международных документов связана именно с существующим реальным неравенством людей — детей и взрослых, мужчин и женщин, представителей национального большинства и меньшинств, сторонников власти и инакомыслящих, богатых и бедных. Необходимо обеспечить всех этих людей не только декларативными «равными правами», но и реальными равными возможностями для активной, независимой и полноценной жизни. Сделать это можно, лишь учитывая и уважая различия. Отказ признать чьи-то особенности и принять их во внимание — тоже форма дискриминации.

Неравенство часто определяется и таким фактором, как разность в месте жительства. Иногда это называют «географической дискриминацией». Жителям сельской местности часто не хватает возможности приобщиться к культурным благам, доступным горожанам. Жители городов, напротив, страдают от загрязнения воздуха и воды. В той или иной степени такие неравные распределения благ пока неизбежны (как, к сожалению, неизбежно в нашем обществе и явно более выгодное положение богатых людей и их детей по отношению к бедным). Но самый необходимый минимум — реальная возможность добраться до к школы и больницы, безопасность окружающей среды для жизни и развития ребенка, возможность поддерживать личную гигиену, играть и отдыхать — все это должно быть доступно абсолютно всем детям, где бы они ни жили, кем бы ни были их родители, каким бы ни был их общественный или государственный статус. К сожалению, миллионы детей все еще лишены этих самых элементарных условий, и все мировое сообщество несет ответственность за несоблюдение их прав. Это касается и сотен тысяч детей в РФ — бездомных, заключенных, пациентов некоторых стационаров и жителей интернатов, неграждан, беженцев, да и просто детей из неблагополучных и труднодоступных районов, из экологически загрязненных зон, из бедных и заброшенных общин коренных народов и национальных меньшинств.

Право ребенка на собственное мнение

Последнее, на чем хотелось бы остановиться, — право детей на собственное мнение. Его, наверное, труднее всего признать взрослым. Ст.12 Конвенции по правам ребенка гарантирует «право ребенка высказывать свое мнение по всем имеющим к нему отношение вопросам». Это мнение должно учитываться при принятии любых касающихся ребенка решений. Как понятно, детей касаются почти все вопросы — будь то политика или экономика, культура или экология, жизнь семьи, школы или общины. Осуществлению этого права могут способствовать школьные и молодежные парламенты, всевозможные детские выборы и заседания. Однако эксперты видят и опасность в вынуждении детей обязательно участвовать в прениях и дискуссиях: это может само по себе стать формой давления на детей и их порабощения. Как тут не вспомнить наше пионерское детство и все эти мучительные сборы отрядов! Участие детей в принятии решений, в рассмотрении касающихся их проблем и вопросов должно оставаться сугубо добровольным и независимым. Устраивать псевдодемократическую показуху, быть может, хуже, чем просто оставить детей в покое.

Самое главное и самое трудное, на мой взгляд, в воплощении и в жизнь принципа детского участия — это изменение по этому вопросу сознания взрослых. В обществе, в семье и в государстве власть находится в руках взрослых. Признать право детей как-либо влиять на эту власть — огромный вызов для большинства из нас. Для этого надо в первую очередь отказаться от столь свойственного многим убеждения: «Я прав, потому что я взрослый».

Как пишет голландская специалистка по правам детей Геральдин Ван Бурен, «нежелание позволить детям участвовать в принятии решений часто мотивируют не недостатком у детей опыта и зрелости, а их поведением и неумением избежать ошибок. Если бы эти условия так же относились на счет взрослых, то лишь очень немногим из них было бы можно позволить высказывать собственное мнение».

 

 

this post is also available in: Английский