06.07.2011

Тревоги и радости цыганского образования

Как стало недавно известно, в России пройдет очередной этап реформирования системы образования. Президент Дмитрий Медведев, открывая 21 января в Петербурге Год учителя выступлением на Педагогической ассамблее, дал старт национальной инициативе «Наша новая школ».

Глава страны говорил о многом: о повышении зарплаты педагогам, омоложении преподавательского состава (сегодня в школах от 7% до 12% молодых преподавателей), проблемах ЕГЭ…

Но особое внимание глава государства уделил разработке образовательных стандартов нового поколения в школе. Ведь именно школа — то место, где дети должны наиболее полно раскрывать свои способности и таланты, определить свое место в дальнейшей жизни. Именно поэтому российский президент считает, что здесь уже с первых шагов обучения нужно находить и особо поддерживать детей, которые, овладев знаниями, будут способны принимать нетривиальные решения, продвигать экономику инноваций.

А для этого нужны новые поколения учителей — увлеченных, фанатиков своей профессии, причем не только с педагогическим образованием. Было бы замечательно, если бы к ребятам пришли серьезные специалисты по тем предметам, которые преподаются в школе. Разумеется, энтузиазм должен подкрепляться и материально. Так, молодые педагоги, которые решат отправиться в сельские районы Дальнего Востока и некоторые южные регионы России, получат гранты — 500 тысяч рублей.

В общем, необходим качественный скачок вперед в системе российского образования.

«За последнее время мы сделали определенные шаги в этом направлении. Все-таки сейчас у нас ситуация несколько лучше выглядит, чем, скажем, 5-7 лет назад. Но самое главное — не останавливаться», — подчеркнул Медведев.

Понятно, что выступление главы государства не ставило целью охватить все проблемы, существующие ныне в российской школе. Президент дал импульс для обсуждения, указал вектор модернизации образования. Теперь слово за специалистами.

И действительно, проблем в школьном обучении накопилось немало. О многих из них активно говорят, пытаются найти реальные решения. Однако существуют и такие, которые поныне традиционно находятся как бы на обочине. Не то чтобы их совсем уж замалчивали: просто акцентировать внимание на этих проблемах не принято.

Одна из них — проблема так называемого этнического образования в российских школах. О чем речь? Имеется в виду обучение детей из достаточно замкнутых этнических групп, которые пытаются сохранить режим искусственной изоляции от остального общества, объясняя его необходимостью следовать традициям, сложившимся в этносе на протяжении многих столетий.

Как пример можно привести школьное обучение цыганских детей. Увы, в русском обществе образование цыган испокон веку считалось чем-то экзотически немыслимым. К сожалению, и в сегодняшней России по отношению к цыганам по-прежнему нередко проявляется шовинизм и ксенофобия. Нередко приходится слышать, что виню всему традиции и изоляционистское поведение самих цыган, они-де не желают ассимилироваться и принимать законы общества, в котором живут. Однако те, кто утверждает это, сильно лукавят. Не все так просто.

Сегодня, по мнению многих цыганских лидеров и защитников прав человека, у государства просто не существует четкой политики в отношении российских цыган. Особенно ситуация серьезно обострилась в последнее время. Основные занятия цыган — ремесла, мелкая торговля — все пришли в упадок, не выдерживая конкуренции. Даже цыганское искусство, которое представляет собой часть русской культуры, ныне не востребовано, значительная часть артистов осталась без работы. В России нет государственного органа, который бы занимался вопросами культуры, образования и трудоустройства цыган, отсутствует программа развития цыганского народа. Цыгане сталкиваются с дискриминацией, нарушением гражданских прав, особенно в юридической и судебно-следственной практике.

«Решение цыганских проблем нужно начинать с образования, — сказал Interfax-Russia.ru руководитель ростовской региональной общественной организации «Романо/цыганское культурно-просветительское общество «Рома и мир» Владимир Иващенко. — К сожалению, интеграция цыган в современное российское общество затруднена именно из-за того, что их дети не получают хорошего образования. Часто доступ цыганских ребят к школьному образованию существенно ограничен самыми разными причинами — как по вине самих цыган, так и по вине чиновников, из-за негативного настроя в обществе. А без образования наш этнос обречен занимать лишь низовые позиции. Это надо в корне изменять».

Сам Иващенко принадлежит к этносу цыган-сэрвов. Сейчас ему уже за 70 лет. Иващенко один из тех, кто не только получил высшее образование (в 1969 году окончил Ростовский государственный университет), но и сам до 1999 года, когда ушел на пенсию, преподавал в одной из ростовских школ.

В последние годы проблема, о которой рассказывает Владимир Иващенко, стала наконец-то звучать все более громко и отчетливо — не в последнюю очередь благодаря отечественным правозащитникам из антидискриминационного центра «Мемориал». Уже в течение нескольких лет активисты центра проводят обсуждения, «круглые столы» в Санкт-Петербурге, Москве и других городах России. Одними из первых они подняли проблему дискриминации цыганских детей в области образования. Одной из серьезных проблем здесь является отсутствие у цыган регистрации по месту жительства. Это порождает целый комплекс проблем для детей. В частности, без «прописки» цыганских ребят часто не принимают в школы. Между тем это, по мнению защитников прав человека, абсолютно незаконно.

«Отказы в приеме в школы цыганских детей часто мотивируется нежеланием нарушать какие-то нормативные акты, которые не являются законом. Однако главное — это Закон об обязательном образовании. Дети должны учиться в школе независимо ни от чего», — убеждена руководитель программ антидискриминационного центра «Мемориал» Стефания Кулаева.

Другая не менее важная проблема — отсутствие методики преподавательской работы с цыганскими детьми. Между тем на сегодняшний день она необходима, как воздух.

«Школы, расположенные поблизости от компактных цыганских поселков, оказываются предоставлены самим себе в сложной ситуации, не получая никакой методической поддержки от государственных структур, отвечающих за образование. В такие школы приходят сотни детей, практически не знающие русского языка, не подготовленные к тому школьному стандарту, который им предлагает обычная начальная школа», — говорится в одном из пресс-релизов антидискриминационного центра.

По статистике специалистов, тревожное положение с цыганскими школами наблюдается и в Южном федеральном округе, где живет около 200 тысяч цыган в Ростовской, Волгоградской областях, Краснодарском и Ставропольском краях.

Больше всего цыган живет на Дону — в Шахтах, Таганроге, Мокром Батае. Увы, по мнению экспертов, школу здесь посещает лишь каждый десятый цыганский ребенок. Причины традиционные: бедность родителей, незнание русского языка и препятствия школьных администраций. Как заявила в одном из выступлений Стефания Кулаева, особые опасения вызывает ситуация в городе Шахты Ростовской области, где не получают обязательного образования сотни детей. Виной тому крайняя бедность, порожденная экономической разрухой 90-х, от которой цыгане не оправились до сих пор. Из цыганских детей школьного возраста, с которыми удалось пообщаться в Шахтах Кулаевой, в школе не учился ни один. Многие объясняют это отсутствием у родителей возможности купить им самые элементарные школьные принадлежности. Представитель «Мемориала» рассказала, что не может забыть девочку, которая бежала за ней, умоляя прислать портфель и ботинки.

Примерно в том же ключе обрисовал ситуацию и руководитель ростовской региональной организации Ромэн — «Атала» Павел Лиманский. Впрочем, по его мнению, проблема еще и в том, что цыганские родители боятся за нравственность своих детей, особенно девочек: мол, школьницы ходят в коротких юбках и с голыми пупками, а это оскорбляет девичью скромность цыганок. Некоторые преподаватели подтверждают: цыганская девочка действительно очень скромна, воспитана в строгих традициях, никогда не оденет брюки, даже трико на физкультуру. Однако учебе это не мешает.

«Цыганские дети порой учатся не хуже, чем русские, — говорит директор одной из ростовских школ Людмила Бакланова. — В последние годы наметилась тенденция — некоторые семьи отдают своих детей после 9 классов в училища или лицеи, но это скорее исключение. Радует то, что сейчас цыганские девушки чувствуют себя более свободно, иногда даже ходят на школьные дискотеки. И все же от традиционного уклада жизни никуда не уйдешь: к 20 годам цыганки уже становятся мамами, а к 22-м имеют по двое или трое детей».

Впрочем, в ЮФО есть и примеры того, как администрация и преподаватели пытаются решать проблемы цыганского образования. Речь идет, прежде всего, о поселке Верхняя Ельшанка Советского района Волгограда, где уже почти 20 лет живет большой табор цыган-котляров — выходцев из Молдавии. В общеобразовательной школе №46 накоплен значительный опыт работы с цыганскими ребятами. Сейчас здесь учатся около 120 цыган-школьников.

Не случайно поэтому в мае прошлого года в рамках проекта «Защита прав цыганских детей в школах Российской Федерации» был организован «круглый стол» с участием учителей и правозащитников, посвященный проблемам образования цыганских ребят. Сюда съехались директора и учителя школ, в которых учатся цыганские дети из Волгограда, Рязани, Тулы, Липецка, Астрахани и других регионов, где есть поселки компактного проживания цыган, руководители местных органов управления образованием, бароны-отцы цыганских общин, цыганская молодежь. Преподавателям 46-й школы есть что рассказать. Ведь они постоянно на практике сталкиваются с проблемами обучения цыганских детей. Общение с детьми цыганской общины обогатило педагогический опыт учителей и выявило ряд специфических проблем. Одна из важнейших проблем — языковой барьер.

«Прежде всего, это характерно, конечно, для младших классов, — поясняет директор школы Валентина Семененко. — Мы не знаем цыганского языка, а они не знают русского. Ребята просто не понимают, о чем говорит учитель. Часто приходится сажать рядом кого-то из родителей или брать учеников более старших классов — 5-6-го, и они помогают своим маленьким первоклассникам- цыганятам».

Серьезно затрудняет учебу и крайняя бедность многодетных цыганских семей. В советское время они получали бесплатные учебники, школьные принадлежности, матерям семейств давали социальную помощь, пайки и т.д. Сейчас это, к сожалению, ушло в прошлое.

«Приходят они к нам и говорят: дайте книжки, у нас нет денег. Но ведь и у нас подобные расходы не предусмотрены», — сетует директор школы.

Отсюда и ряд особенностей обучения цыган.

«Домашние работы ребята не выполняют. То, что узнали на уроке, с тем дальше и идем», — признается учительница начальных классов Альбина Суркова.

С другой стороны, преподаватели отмечают, что с цыганскими ребятами часто работать интереснее, чем с русскими. У них особый менталитет: больше непосредственности, открытости, стремления впитывать новое.

«Этим детям надо уделять больше внимания, потому что они очень эмоциональные. Они душевные, всегда открытые, всегда придут на помощь», — рассказывает Суркова.

«Ребята очень возбудимые, любят общаться между собой и с учителями. Причем преподавателей воспринимают так же, как родителей, практически никакой разницы. На уроке очень бурно реагируют на недостатки, когда кто-то ошибается, они хором стараются подсказать, говорить, помочь товарищу», — дополняет учительница начальных классов Луиза Столбова.

Столбова также отмечает, что цыганские дети очень уважительно относятся к своим учителям: «Они стараются не огорчать нас и сами на себя обижаются, когда чего-то не понимают».

Конечно, одним из серьезнейших препятствий в учебе являются ранние браки цыганских детей. Ребят нередко женят в 12-14 лет. Учитывая то, что некоторые приходят в школу довольно поздно, семью они создают порою во втором-третьем классе. После этого девочки обычно покидают школу — даже не завершив начального образования. Мальчикам же после женитьбы необходимо отработать свадебные затраты, поэтому они уходят на заработки в 13-15 лет и, как правило, в школу уже не возвращаются.

«Среди моих ребят были замечательные мальчишки, умницы. Они вполне могли бы закончить, по крайней мере, 9 классов. Родители не дали…», — горестно вздыхает Луиза Столбова.

Многие преподаватели сходятся на том, что в нынешних условиях необходима особая методика преподавания. Как считает Стефания Кулаева, нужны преподаватели, владеющие цыганским языком.

«Мы сторонники воплощения в жизнь принципов Европейской рамочной конвенции по правам национальных меньшинств, которая рекомендует детям, хотя бы частично, начальное образование получать на родном языке. Хотя это очень сложно — огромная нехватка специалистов по языкам», — считает правозащитница.

Если невозможно обучение на цыганском, то нужны хотя бы подготовительные курсы русского. «Цыганские дети должны получать обязательное дополнительное обучение русскому языку, — уверена Стефания Кулаева. — Сейчас их учат по такой же программе, как и русскоязычных детей, хотя многие из них не знают русского языка».

Впрочем, сегодня уже сами цыгане приходят к тому, что без знания государственного языка они обречены на прозябание. Они сами выступают зачастую против отдельных школ для цыган или даже цыганских классов. Так, цыганский барон из Верхней Ельшанки даже ходатайствовал о том, чтобы дети из табора учились только в смешанных классах: так им легче овладеть навыками русской речи. Однако, с другой стороны, ребята не смогут воспринимать материал наравне с остальными одноклассниками, что приведет к насмешкам и обидам.

Как отмечают специалисты, цыганские дети, как правило, не оканчивают больше шести классов, даже если проявляют отличные способности. Мешают традиции. Однако при правильной государственной политике и поддержке цыганских семей это положение возможно переломить. Так, уже сейчас ряд родителей и ребят заявляют, что среднее и высшее образование для них является приоритетом.

«Мой сын будет учиться и дальше, после школы. Но еще не решили, куда пойдет. Может быть, в институт», — говорит цыганка Мария Михай.

«Я буду учиться. Без образования ведь никуда не примут. И родители говорят: учись дальше. Даже если женюсь, все равно из школы не уйду», — уверен шестиклассник Дмитрий Ристов.

По словам учителей, цыганские дети с удовольствием изучают литературу и математику, принимают участие в творческих состязаниях, недавно выступили на городском конкурсе с литературно-музыкальной композицией «Василий Теркин».

«В последние годы наблюдаю, что ребята тянутся к классическим литературным произведениям. Любят читать Бунина, Есенина, Твардовского», — делится наблюдениями Луиза Столбова.

«Я уверен: в концепцию новой школы необходимо заложить специальный раздел о системе образования и обучения российских этносов, — заявил Interfax-Russia.ru Владимир Иващенко. — Ведь это касается не только, скажем, цыган-котляров Волгоградской области, но и, к примеру, турок-месхетинцев, которые тоже вживаются в российское общество с большими проблемами. Что же касается цыган, я еще в 1993 году выпустил пособие «Цыганские дети в семье и школе». Там поднимаются практически все проблемы, ставшие сейчас актуальными, и предлагается их решение. В своей работе я использовал замечательные исследования в области этногенеза русского ученого Льва Николаевича Гумилева».

Иващенко вспомнил о том, что Указ Президиума Верховного Совета СССР «О приобщении к труду цыган, занимающихся бродяжничеством» от 5 октября 1956 года, который ныне принято расценивать лишь негативно, на самом деле привел и к ряду положительных результатов — в частности, к резкому повышению образовательного уровня цыган СССР.

«Многие из нас получили высшее образование и сумели сделать достойную карьеру в обществе, — сказал собеседник Interfax-Russia.ru. — Это не только актеры, но и юристы, политики, в том числе и преподаватели. Так, в Каменске Ростовской области могу вспомнить заслуженного учителя РСФСР Петра Юрченко, в ростовской школе №13 преподавала замечательный педагог Таисия Лебедева… И таких людей было много».

И Владимир Иващенко, и Павел Лиманский, и многие другие активисты цыганского движения надеются на то, что обновление российской системы образования благотворно скажется и на системе обучения малых народов и этносов России.

«Политика нашего государства такова: мы принимаем беженцев. Значит, мы должны создать им нормальные условия для жизни. Если учесть, что многие из них останутся в России навсегда — значит, это будущие граждане страны. Люди приезжают к нам, не зная русского языка, русскую культуру, и, если мы не хотим в дальнейшем столкнуться с национальными проблемами, нужно интегрировать этих детей в нашу культуру», — выразила эту мысль директор Александровской школы Санкт-Петербурга Алла Кузнецова.

Остается надеяться, что пожелания всех этих людей будут услышаны на самых верхах нашей по-прежнему многонациональной державы.

Обозреватель Александр Сидоров

 

this post is also available in: Английский