17.02.2014

Дискриминация и танцы

Семилетняя девочка, приехавшая к нам на каникулы из Западной Европы, пришла в восторг от балета, куда ее повели родители, и в ужас от вождения машин на улицах, где ее едва не сбили пару раз по дороге домой. Чеканный детский вывод звучал так: «Русские очень хорошо танцуют, но они немного дикие…»
Конечно, она не знала и не могла знать старую советскую остроту про то, что «даже в области балета мы впереди планеты всей», а если бы и знала, то не поняла бы нашей горькой иронии в отношении достижений именно в танцах… Нелепого чванства по поводу высоты прыжков в униженной, обокраденной и замордованной стране. «Вместе с пятнадцатилетней красавицей взлетает рейтинг», говорите? То есть опять: «пусть дикие — зато хорошо танцуем», вот и вся политика, как в старые добрые времена.

Между тем, представление о тех, кого ценят лишь за танцы и прочую красоту (пение, внешний вид, нарядность), но презирают за «дикость» или иные формы неразвитости (как бы это ни называлось — глупость, отсталость, примитивность), заслуживает внимания и изучения.
Именно за отход от этой стигмы — красивы, поют, танцуют, но не могут толком ни работать, ни учиться — борются в современной Европе самые прогрессивные представители цыганского (или ромского) сообщества. Поэтому их ранит и возмущает, когда «права цыган» понимают как сборище фольклорных коллективов и «опа-опа-ди-ри-ди-ри» с «ай-нэ-нэ». Когда государственная поддержка культуры и прав этого уже тысячу лет дискриминируемого народа сводится к обучению «традиционных ремеслам» и прочим декоративным в наши дни вещам. Когда в театре «Ромэн» цыганские артисты поют и пляшут, как в прошлом и позапрошлом веке на пьянках в купеческих домах, вовсе не пытаясь поднимать актуальные для современных цыган проблемы. Ромская учащаяся молодежь видит свое будущее в преодолении не только внешних стереотипов про «диких и танцующих», но и в отходе от традиционной для многих общин установки на подыгрывание этим стереотипам, — борьба, требующая двойной смелости.
Аналогичный путь эмансипации чуть раньше был пройден (точнее сказать — пока пройдена лишь часть этого трудного пути) афроамериканцами, долгое время считавшимися обществом вполне уместными в спорте и на эстраде, но никак не в большой политике или науке.
Да что там народы и традиционные культуры — ведь и такая значительная часть человечества, как женщины и девочки, до недавних пор (а нередко и сейчас) считалась (и считается) пригодной лишь для услаждения взора и прочих чувств «настоящих людей». Женщинам положено быть красивыми — одежда, украшения, прически, диеты — со всем этим много жестче у женщин, даже достигших высокого положения в «умственных» сферах, чем у их коллег, хоть бы и ниже чином, но —  мужчин. И требование умения хорошо  танцевать нередко предъявлялось и предъявляется именно женщинам. А развалившиеся вокруг стола мужчины гордятся своим «рейтингом», заставляя танцевать жен и дочерей (возможно, где-то и наложниц). Как кичатся красотой и нарядами своих дам богачи-мужчины, неправда ли — редко бывает наоборот?
Как ни странно, схожий дискриминационный дискурс можно наблюдать и в отношении ЛГБТ, которых готовы принять в «творческих» профессиях (конечно, прежде всего в танцах! но и в спорте тоже), но только пока это остается в рамках сцены, шоу, «красоты».
Ведь и спорт — это шоу, нарядность, красота и гордость за чужие достижения, которые развалившимся за столами или телевизорами (какая разница — в залах, на трибунах)  людям почему-то положено считать «своими».
А этот «взлетающий рейтинг» на фоне тотальной дискриминации и выгодной хозяевам «дикости» — не только обман, но и насилие.

  Стефания Кулаева