21.07.2014

Преступления перед детством

К голландским посольствам и консульствам люди несут цветы и игрушки. Я не понимаю — кому эти игрушки, зачем?.. Символ убитого детства, убитых детей, которым уже не играть ни в эти, ни в какие другие игрушки, символ милого детского мира, растерзанного так страшно и нелепо, гибели этих голландских, австралийских, индонезийских и малазийских детей, которых расстреляли в воздухе…
Может быть, и правильно делают, что несут, — горы этих ненужных игрушек невозможно видеть без слез, как горы детской одежды в лагерях смерти.
К мысли о неизбежности смерти люди привыкают, только дети не могут ни понять, ни принять эту неизбежность, даже естественность смерти. Но никто никогда не должен считать  приемлемой или допустимой смерть самих детей  — пока живы взрослые, их дело спасать детей. А не убивать…
Летевший в убитом самолете доктор Юп Ланге (Джозеф Ланж) всю жизнь боролся за спасение детей. Более 30 лет он искал способы спасения людей от ВИЧ, сделал значительный вклад в изучение этого вируса, разработал схемы лечения и защиты от заражения. Исследованиям таких ученых мы обязаны тем, что теперь заражения младенца от инфицированной матери почти всегда можно избежать. А это — миллионы жизней не только наших современников, но и еще не родившихся детей, которым не придется умереть от страшной болезни, их жизнь защитит наука, разум и гуманизм тех, кто боролся с распространением СПИДа в ХХ и начале ХХI века. Миллионы детей будут жить, а доктор Ланге погиб, погибли и все его дети, летевшие вместе с ним. Погибли его знания, мысли, поступки, которые он мог бы еще совершить для спасения миллионов. Кто выразит соболезнования громадному, увы, все растущему, многонациональному народу ВИЧ-инфицированных? Людям, чью надежду убили стреляющие в небо преступники?

И как назвать этот расстрел самолета, в котором летели дети, разум и надежда, как не преступлением перед человечеством?

Пора, по-моему, ввести в обращение термин «преступление перед детством». Человечество — оно очень разное, преступники — тоже его часть. Но огромная часть мира — это дети, даже младенцы. Это не только те, кто должен жить в будущем, это и те, кто должен обязательно жить сейчас, чью жизнь и чей мир необходимо спасти, а ведь именно их жизни подвергаются самой большой опасности, особенно в тех странах, где детей много. Юп Ланге  — помимо прочего — создал фонд медикаментозной помощи странам южнее Сахары, где так много больных и так мало лекарств…

Преступления перед детством не редкость и в нашей стране — где детей все еще мало, столь мало, что даже расчетливые власти признают количество детей «недостаточным» и придумывают разные меры по его увеличению — от запрета открытой гомосексуальности (что ведь не раз цинично мотивировали необходимостью повысить рождаемость — неужели они сами верят в действенность этой нелепицы?) до всяких «материнских капиталов» и выделения бесплатной целины многодетным семьям.

Но, стремясь увеличить количество детей в РФ, власти ничуть не стремятся спасти тех, кто уже появился на свет в нашей стране, принимая один за другим жестокие «антидетские» законы, — от печально знаменитого запрета на усыновление сирот иностранцами до новейших инициатив по отказу в регистрации детей, родившихся вне медучреждений, и поразительного, если вдуматься, предложения законодателей криминализовать всякую критику учителя учеником. Взрослые выясняют отношения со взрослыми — страдают дети. В одном случае взрослые законодатели решили «наказать» нерадивых матерей, решивших почему-то рожать дома (или где-то еще, но не в больнице), в качестве меры этого «наказания» они придумали запрет регистрации «внероддомных» детей. Хорошо, не будем обсуждать уже не раз прозвучавшие возражения, что не всегда женщина рожает там, где хочет, — как гласит грубоватая поговорка, «ср..ть и родить нельзя погодить». Пусть — наказать мать, но жить-то ребенку! Как ему жить без регистрации, без имени, без документов? Думали об этом депутаты? Видимо, нет. Почему? Потому что дети их не интересуют, они думали о взрослых.
А о чем и о ком думали те, кто догадался приравнять учителя к полицейскому, объявить всякое нарушение дисциплины по отношению к педагогу — особо значимым преступлением? Понятно, они думали о бедных учителях, травимых детьми, а о бедных детях, над которым издеваются взрослые, — и без того наделенные огромной властью в школах? Нет, об этих детях думать недосуг, сами-то, чай, не дети!
Думали ли о детях те, кто стреляли в небо? Конечно, нет, они тоже «выясняли отношения» не с детьми. Но из всех их чудовищных преступлений самое страшное, самое недопустимое, требующее самого сурового суда и осуждения — это преступление перед детьми и детством.
Взрослых, убивающих детей, как и взрослых, отнимающих у детей защиту, права и свободы, — под суд!

 

Стефания Кулаева

this post is also available in: Английский