Меры судебного удобства

23.04.2018

В феврале 2018 года Верховный Суд РФ внес в Государственную Думу проект по изменению порядка гражданского, арбитражного и административного судопроизводства. Предложенные меры, по мнению инициаторов, поспособствуют осуществлению судебных разбирательств «в разумные сроки», повысят эффективность защиты прав граждан и улучшат качество правосудия, а также оптимизируют судебную нагрузку. Однако правдоподобной кажется лишь последняя из перечисленных целей.

В пояснительной записке к проекту утверждается, что возрастающая загруженность судов приводит к увеличению государственных затрат на осуществление правосудия (согласно приведенной статистике, в последние годы примерно на четверть возросло количество рассматриваемых административных и гражданских дел, пропорционально увеличилось финансирование судебной деятельности). Предполагается, что уменьшение количества работы судебной системы повлечет снижение государственных расходов, но при этом остается без внимания рост затрат участников разбирательства, зачастую находящихся в трудном экономическом положении. В то время как оптимизация подразумевает повышение эффективности при сохранении качества, результатом предложенных изменений может стать не только изменение баланса ответственности государства и граждан – а именно увеличение ответственности граждан (очевидно, к этому приведет частичное снятие с судов обязанность извещения участников процесса), но и снижение уровня правосудия. Такие опасения вызывают предложения о развитии системы упрощенного судопроизводства и досудебного урегулирования споров, и, конечно, о сокращении случаев обязательного составления мотивированных решений.

Отсутствие необходимости включать в решение как обоснование выводов, так и оценку доводов сторон с высокой вероятностью может привести не только к снижению ответственности судей, но и к менее профессионально составленным судебным актам. При том, что статистика за последние годы свидетельствует об обжаловании каждого 10-го решения (11,5% от всех решений), апелляционные суды изменяют всего 2% первоначальных актов, а кассационные – лишь 0,1%. Решение, лишенное мотивировочной части до требования сторон, может привести к уменьшению количества жалоб, что отнюдь не свидетельствует о принятии более справедливых решений.

Акты, принятые в упрощенном порядке, предлагается рассматривать в апелляционной и кассационной инстанциях без вызова сторон. Сложно представить, в каких ситуациях судьи будут изменять ранее принятые решения. Уместно ли в таком случае вообще называть этот процесс обжалованием?

Несмотря на загруженность судов, законопроект предлагает добавить еще несколько категорий административных дел: предусмотреть порядок признания информации, размещенной в интернете, запрещенной к распространению, а также признания информационных материалов экстремистскими. Решения, принятые по таким делам, надлежит исполнять немедленно.

Для уменьшения количества судебных заседаний и сроков рассмотрения дел предлагается упростить правила извещения сторон, предусмотрев возможность считать уведомлением сам факт размещения информации о заседании на сайте суда. При этом как будто не учитывается, ни то, что часть граждан не пользуется и вообще не обеспечены интернетом, ни трудности работы с сайтами судов, ни по-прежнему часто возникающие технические проблемы, с которыми сталкиваются даже профессиональные юристы. Неубедительной выглядит и идея признания официальными уведомлений, направленных через совместно проживающих людей, а также то, что предлагается считать граждан проинформированными судом, если повестка не была вручена в связи с отсутствием адресата.

Под предлогом обеспечения квалифицированной юридической помощи, по аналогии с административным процессом, в гражданский и арбитражный процессы вводится ограничение возможности представительства в суде для людей, не имеющих юридического образования (статьи 49, 53 ГПК РФ, статьи 59, 61 АПК РФ). Хотя в пояснительной записке говорится об эффективности такого подхода, однако, при отсутствии конкретных показателей оценки, очевидно, что для граждан и организаций представительство станет лишь более дорогостоящим и труднодоступным. Даже начинающие юристы с неоконченным высшим образованием не смогут быть представителями в судах. Определенно, это нарушает право на судебную защиту, закрепленное в Конституции (ч.1 ст.46). Это не единственное новшество, касающееся института представительства: наряду с ужесточением требований к наличию юридического образования, предлагается ввести возможность участия в деле, исключительно одновременно с адвокатом или юристом, поверенного (стать 541 ГПК РФ, статья 631 АПК РФ, статья 581 КАС РФ), уполномоченного давать объяснения и получать извещения, вызовы и копии судебных актов вместо участника разбирательства. На самом деле, в участии поверенного, чьи крайне узкие полномочия должны быть подтверждены доверенностью, нет необходимости: это лишь добавит работы по проверке документов и извещению и увеличит длительность судебного заседания.

Для снижения нагрузки на суды Москвы, Московской области и Санкт-Петербурга предлагается в гражданском и административном процессах отменить возможность определения территориальной подсудности по договору сторон (статья 32 ГПК, статья 37 АПК), кроме дел с участием иностранных лиц. При этом ограничение прав участников правоотношений не принимается во внимание, равно как и увеличение нагрузки на региональные суды.

Свою критику законопроекта в ходе специального заседания «Обеспечение прав человека при совершенствовании процессуального законодательства» высказали участники Совета по правам человека при президенте РФ. Уполномоченная по правам человека Т. Москалькова сообщила, что большое количество обращений в УПЧ связано с незнанием о рассмотрении дела участниками процесса и дальнейшей невозможностью обжаловать решение из-за пропуска сроков. Критикуя идею о введении обязательного профессионального представительства, она заявила, что граждане жалуются на отсутствие средств для оплаты услуг адвоката, при этом предоставление государством «бесплатных» адвокатов не является альтернативой из-за существующей большой задолженности перед ними. В то же время, в законопроекте не предусмотрены важные процессуальные нормы для реализации права на обращение УПЧ в защиту неопределенного круга лиц. Заместитель министра юстиции высказал опасения о том, что чрезмерное упрощение процесса может не пойти на пользу заявителям, чьи интересы должны оставаться приоритетными при проведении реформ, а отсутствие мотивированного решения, особая значимость которого была ранее отмечена ЕСПЧ, может снизить уровень доверия граждан к судебной власти. Звучало мнение о том, что фактически институты апелляции и кассации не функционируют в действующей системе, а нормы законопроекта лишь усугубят ситуацию, при которой не проверяется обоснованность выводов суда первой инстанции и исследование доказательств. По мнению преподавателей МГУ и ВШЭ, законопроект не направлен на обеспечение государством эффективных средств правовой защиты, предусмотренных международными нормами Всеобщей декларации прав человека, Международным пактом о гражданских и политических правах и другими актами, в том числе в ситуации, когда средняя зарплата граждан не позволяет им оплатить услуги профессионально юриста. Во время заседания были приведены данные исследования о совершенствовании судебной системы, отнюдь не свидетельствующие о чрезмерной занятости большинства судов: в 2015 году среднемесячная нагрузка в один рабочий день на мировые суды составляла 10 дел (из которых более 70% -дела приказного производства, не требующие составления решений), на районные суды — 1,7 дел, суды верховной компетенции (краевые, областные, окружные и республиканские) — 1 дело, а в арбитражных судах — 2 дела.

Законопроект предлагает не только снизить занятость судов, но и переложить часть их функций на обращающихся за судебной защитой, а для уменьшения государственных расходов придется возложить дополнительные обязательства, в том числе, финансовые на граждан и организации. Увеличивая вероятность фактического неуведомления участников процесса о судебном заседании, меры, предлагаемые законопроектом, лишь усложняют процесс обжалования решений, принятых на скорую руку. Перечисленные меры несомненно приведут к ограничению доступа граждан к правосудию.

Даже практикующие юристы и адвокаты сталкиваются с проблемами получения информации как через сайты, так и в самих судах. По-прежнему нередки не только технические ошибки, трудности работы с электронной системой или сотрудниками судов, но и длительное ожидание мотивированного решения суда на протяжении нескольких месяцев. Едва ли можно поверить, что граждане, в массе впервые оказывающиеся в суде, смогут эффективно воспользоваться средствами судебной защиты. Суды же, руководствуясь более формальным подходом, рискуют снизить уровень компетентности главной инстанции по защите прав граждан. В результате предложенных изменений судебный процесс в России вряд ли будет соответствовать положениям Конституции, гарантирующим право на судебную защиту, открытое судебное заседание, равноправие и состязательность сторон.

Инесса САХНО

Все отчеты Все публикации