26.10.2015

Права женщин и вопрос деторождения

Права и свободы женщины, вопреки распространенному мнению о давно наступившем абсолютном равенстве, продолжают нарушаться во многих странах, среди которых далеко не последнее место занимает Россия. 26 октября Комитет ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин рассмотрит вопросы нарушения прав женщин в России в различных сферах: НКО представили альтернативные доклады о положении женщин, свой отчет подал и АДЦ «Мемориал».

В последние время в РФ повышенное внимание уделяется роли женщины в улучшении демографической ситуации, вызывающей сильное беспокойство представителей власти. Женщина все чаще рассматривается в качестве инструмента репродукции. Государство довольно сомнительными способами пытается укрепить репродуктивное здоровье женщин: действует запрет для женщин на ряд интересных и престижных профессий на том основании, что женщинам вредно поднимать большой вес и находиться в непосредственной близости к повышенными шумам, – а это факторы, возможно, вредящие здоровью беременных женщин (скорее даже, здоровью плода), но вполне переносимые женским организмом в обычной ситуации.

Однако в России не предусмотрена такая разумная мера, как информирование работниц о вредности какой-то деятельности именно для беременных, а наличие либо отсутствие беременности не обсуждается при приеме на предположительно вредные работы. Оправдывая запреты на выбор профессии заботой о репродуктивном здоровье, самих женщин при отказе в приеме на должность или увольнении с нее не спрашивают, хотят ли они иметь детей, могут ли, есть ли у них уже дети. Стерилизация, бесплодие и превышение детородного возраста также не являются основаниями, исключающими запрет на занятие определенной должности. Ярким примером служит случай Светланы Медведевой, чьи права отстаивали в судах эксперты АДЦ «Мемориал». Женщина, обучавшаяся на судоводителя, столкнулась с невозможностью пройти практику на корабле и получить диплом, поскольку для завершения образования будущим капитанам требуется совмещенная практика рулевого-моториста, а именно работа в машинном отделении корабля и запрещена женщинам, – хотя к работе судоводителя женщины допускаются и даже учатся на соответствующих отделениях ВУЗов, которые, однако, не могут потом закончить. Тот факт, что Светлана уже была матерью двоих детей, а больше рожать не планировала, не стало основанием для изменения решения суда.

Несмотря на мнение экспертов-демографов, не считающих прирост населения абсолютным благом, призывы рожать больше детей и символы женского счастья, возможного только в традиционной семье, встречаются повсюду: идеальная многодетная семья, изображенная на «флаге натуралов» «Единой России». Широкую огласку получила «нравственная» памятка в обменной карте женской консультации с советами по укреплению семейных отношений, взывание к традициям многодетности российских семей, осуждение абортов и приравнивание их к детоубийству религиозными общинами.

Аборты вообще стали одной из особенно волнующих тем. Россия, первое государство, узаконившее аборты, теперь думает об их запрете: только за два месяца депутаты Государственной Думы во главе с Е.Б. Мизулиной внесли четыре законопроекта по разным формам запрета или ограничения права на аборт. Это и попытка исключить из продажи медикаменты для искусственного прерывания беременности, и принудительное УЗИ с прослушиванием сердцебиения ребенка перед решением об аборте, и запрет абортов без признания их необходимости по медицинским показаниям (что составляет лишь около 1,5 % от всех абортов), и даже введение уголовной ответственности за совершение аборта вне государственного медицинского учреждения.

Практика показывает, что запрет абортов не всегда ведет к увеличению рождаемости, зато однозначно увеличивает смертность женщин. Поэтому назвать инициативы по запрету абортов направленными на увеличение демографии будет неверно, при этом количество нелегальных опасных для жизни женщины абортов и отказов от уже рожденных детей возрастет. Следует обратить внимание и на давление со стороны государства и общества, которому подвергаются женщины, решившие сделать аборт.

Аборты, конечно, неполезны, следует прилагать усилия для сокращения количества абортов методами сексуального просвещения и поддержкой доступности современных средств контрацепции, однако программы, направленные на помощь женщинам в планировании семьи лишь сокращаются в последние годы, а то и запрещаются.

Но именно потому, что речь идет о здоровье женщин, им должно быть предоставлено право решать, делать аборт или нет. К сожалению, многие женщины, особенно из социально незащищенных категорий, включающих представительниц традиционных общин – часто вовсе лишенных доступа к сексуальному просвещению, – вынуждены прибегать к абортам как к единственному способу регулирования рождаемости.

Между тем все чаще пропаганда сторонников запретов абортов поддерживается государственными учреждениями. Так, недавно в Самаре была проведена акция под названием «Мама! Что такое день рождения?» (риторика позаимствована у печально известного своей агрессивной антиабортной политикой движения пролайф) выразившаяся в однодневном отказе медиков проводить какие-либо аборты.

Запрещая аборты одним, к ним принуждают других: например, пациенток медицинских учреждений закрытого типа. Недавно было опубликовано видео-интервью пациентки ПНИ Ленинградской области, Эльвиры Слепченко, принудительно доставленной в клинику для проведения аборта: женщина была помещена в «карцер» ПНИ за отказ от аборта, после чего ее насильно привезли в больницу, откуда она сбежала. Несмотря на наличие психиатрического диагноза, Эльвира Слепченко не лишена дееспособности, она осознавала беременность и хотела оставить ребенка. Всего через несколько месяцев стал известен аналогичный случай в московском интернате: врачи принуждали Ольгу Любченко к аборту, которого ей пока удалось избежать, прибегнув к помощи юристов НКО, в прокуратуру было подано заявление о незаконности принуждения к аборту. Несмотря на необходимость добровольного согласия женщины на аборт, практика принудительного прерывания беременности распространена в учреждениях закрытого типа. Недееспособным женщинам аборт может быть произведен только по решению суда – врачи лечебных учреждений, принуждающие женщин прерывать беременность, нарушают закон. К сожалении, это происходит часто – учреждения закрытого типа попросту не имеют условий для размещения матери с ребенком. Очевидна недопустимость лишения женщин права иметь желанных детей.

Повышенное внимание к репродуктивному здоровью исключительно женщин вызывает недоумение — получается, что репродуктивное здоровье мужчин никого не волнует. Большое количество мужчин работают в опасных для их отцовского здоровья условиях, подвергаются облучению на подводных лодках и атомных станциях (заведомо чреватому бесплодием или больным потомством), продолжительность жизни мужчин намного ниже женской, подверженность алкоголизму во много раз больше, а все эти факторы влияют на здоровье будущих детей. Однако государство не считает репродукцию прямой функцией мужчин, выделяя достоинства мужчин в других областях и противопоставляя мужчинам женщин, которые должны заботиться лишь об увеличении уровня демографии.

Пытаясь навязать сугубо материнскую роль женщине, государство и общество игнорируют права женщин, способных самостоятельно решать, кем им быть и как им жить.

Инесса Сахно

Exit mobile version