Раз дети не наши — то и проблема не наша

01.09.2019
this post is also available in: Английский

В предверии нового учебного года стоит войти в любой магазин, сразу бросаются в глаза стопки тетрадок в ярких обложках, карандаши, рюкзаки с героем последнего популярного мультика. Дети и их родители взволнованно бегают по магазинам, чтобы успеть купить всё к школе: не только принадлежности для уроков, но и одежду, еще ведь и новые кеды нужны на физкультуру… Сезонные родительские хлопоты не ограничиваются покупками — надо успеть записать своих школьников кружки, а часто еще и на дополнительные занятия по иностранным языкам,  математике… Папы и мамы планируют школьную и внешкольную жизнь детей на целый год, уже думают, как они будут помогать с домашними заданиями... Делается все это любящими родителями с пониманием того, что школа надолго определяет жизнь ребенка, а от уровня образования в большой мере зависит будущее благополучие.

Все дети должны ходит в школу. Кажется — бесспорная истина. Это закреплено и в конституциях разных стран, и в Конвенции по правам ребенка. Но на деле многие дети в этом сентябре опять не сядут за парты.

Мало кого волнует, что дети рома часто остаются вне школы. Ведь это «другие» дети, «чужие», «НЕ НАШИ»! Кто-то не согласится и скажет: «Ну как же так? Мне их жаль, я даю иногда мелочь на улице попрошайке с ребенком. Пусть купит ему булочку. У них же такая традиция — не учиться». Но этим детям нужны не только булочки, а и образование, чтобы в будущем хотя бы им не пришлось просить мелочь на хлеб для своих детей. Чтобы они могли вырваться из порочного круга структурной дискриминации. Отсылка к «их традициям» — лишь отмазка, чтобы не беспокоиться о других, «чужих» детях.  Даже если встречаются родители, не отправляющие детей в школу по каким-то причинам —  из-за бедности, бездомности, нехватки образования, — то и за их детей общество должно вступиться. Помочь. Не оставлять одних.

Многие ромские дети очень хотят в школу, но их или сегрегируют и дают им некачественное образование, или вообще не принимают. Как в случае Алены (имя изменено), подростка из табора, которая хорошо училась и с нетерпением ждала начала учебы в средней школе. К сожалению, двери перед ней и другими детьми из табора были закрыты. Когда 11-летние дети начали протестовать под окнами школы, директор лишь угрожала им из-за запертых ворот: «Цыганского 5-го класса у нас нет, а в общий класс вам никто ходить не позволит, уходите, пока не вызвала полицию!» Вступился ли за этих детей кто-то из родителей «благополучного большинства»? Нет, —  потому что с их собственными детьми такое случиться бы не могло, а это «НЕ НАШИ» ДЕТИ.

Похожая история и с детьми-мигрантами: ведь и это «другие» дети, «НЕ НАШИ»! Все признают, что мигранты нужны, их тяжелый труд повышает ВВП принимающей страны, но и их детей не берут в школы, если нет регистрации. Представьте себе семью из Центральной Азии, которая приехала в Россию трудиться ради лучшего будущего. Наступает сентябрь, их ребенку, как и всем другим детям, надо бы в школу, но из-за отсутствия у родителей и ребенка урегулированного миграционного статуса его в школу не берут. Пойдет ли кто-то из других родителей напомнить директору школы, что отказывать в образовании незаконно, что по Конституции РФ каждый ребенок, находящийся на территории России, имеет право на образование? Как правило — нет, большинство считает, что «НЕ НАШ» ребенок обойдется без школы, ведь он и его семья, небось, сами и виноваты, что не все документы в порядке.

Еще хуже положение у детей- мигрантов, отправленных миграционной службой из-за отсутствия документов в закрытое «транзитное учреждение». Дети, не совершившие никакого преступления, оказываются лишены свободы из-за проблем с миграционным статусом. Дети лишены общения с родными – ведь учреждения закрытые, режимные. Лишены образования, так как ни в приемниках системы МВД, ни в гуманизированных транзитных приютах не организовано нормальное школьное обучение. Этих детей обычно не замечают – ведь они «НЕ НАШИ», и они надолго остаются вне школы – как Анатолий (имя изменено), который из-за отсутствия документов находился в приюте 2 года, все это время теряя возможность учиться.

Нанси Гибс, директор Центра Шоренштейна по СМИ и государственной политике при Гарвардском университете в США,  критикуя жесткую миграционную политику Трампа, отметила, что это не особая добродетель — любить своих детей и обращаться с ними хорошо; инстинкт и эволюция дают преимущество нашим собственным детям. То, как мы относимся к детям других людей, проверяет нашу человечность.

Каждый может что-то сделать, чтобы защитить детей, — пусть не своих, но нуждающихся в защите и помощи,хотя бы освещая проблему доступности образования для детей из уязвимых групп. Поделитесь в соцсетях историей Алены и кампанией АДЦ «Мемориал» #CrossborderChildhood, которая борется за улучшение жизни детей-мигрантов в ситуации транзита, —  таких как Анатолий.

Все отчеты Все публикации