22.02.2021

Жизнь в клетках

– В яму упал? – Упал. – В яме сидишь? – Сижу. – Лестницу ждешь? – Жду. – Яма сыра? – Сыра. – Как голова? – Цела. – Значит живой? – Живой. – Ну, я пошел домой!
Олег Григорьев

 

Центры временного содержания иностранных граждан и лиц без гражданства, подлежащих административному выдворению за пределы Российской Федерации или депортации, вдруг стали знаменитыми. Больше других, конечно, прославился ЦВСИГ в Сахарове, принявший на разное количество суток сотни участников январских протестов. Но и ЦВСИГ Московской области в Егорьевском запомнился тем москвичам, кому места в переполненных камерах ЦВСИГ в Сахарове не хватило.

Подвергнутые административному аресту блогеры, журналисты, политические активисты сумели известить мир о тяжёлых условиях содержания в Сахарове и других ЦВСИГ. В сети разошлись фотографии мрачных камер с железными нарами (первое время на них не было матрасов и белья), с грязными парашами, почти не отгороженными от столов, за которыми люди вынуждены есть, привинченной к полам мебелью, дверьми с глазками и «кормушками»… Кто-то даже умудрился снять и переслать на волю видео, показав нам арестантов «на прогулке», в месте, похожем на большую клетку, в каких в зоопарке держат птиц, с решетками до самой крыши, огорожено даже небо. Бодрые политические на «прогулке» скандировали лозунги, пели песни, фотографировались.

Иначе выглядят кадры с этими же камерами и «двориками», заполненными обычными узниками ЦВСИГ – этими самыми иностранцами и лицами без гражданства, «подлежащими выдворению или депортации», стоит посмотреть и сравнить. Эти грустные, подавленные, одинокие люди даже не осуждены на лишение свободы, суды назначают им административное наказание, приговаривая к выдворению и порой небольшому штрафу, а в жутких условиях ЦВСИГ их держат много месяцев, иногда даже годы, лишь в качестве «обеспечительной меры», чтобы надёжнее организовать выдворение. Нередко выдворение оказывается невозможным: если у людей нет гражданства другой страны, то покинуть РФ законно они не могут. Не получается выдворить и тех, чьё гражданство по каким-то причинам не может быть подтверждено страной происхождения – жителей восточных районов Донбасса, например, сведения о которых остались на неподконтрольных в последние годы правительству Украины территориях.

Жизнь заключённых центра в Сахарове. Февраль 2021 года. Рисунок передан в редакцию на условиях анонимности
Жизнь заключённых центра в Сахарове. Февраль 2021 года. Рисунок передан в редакцию на условиях анонимности

ЕСПЧ, а за ним и Конституционный суд России признали длительное содержание в ЦВСИГ лиц без гражданства и других людей, выдворение которых невозможно, бесцельным, жестоким и нарушающим права узников. Тем не менее даже само название этих «центров временного содержания» сохраняет в себе сочетание «иностранцев и лиц без гражданства», обречённых сидеть в камерах и «гулять» в клетках.

Правозащитники не раз привлекали внимание к невыносимым, унижающим человеческое достоинство условиям содержания в ЦВСИГ – это касается не только московского Сахарова, которое в СМИ теперь называют «местом, ставшим символом жесткого обращения с участниками протестов». Во многих областных центрах условия, увы, еще хуже. Теперь на эту тему стали обращать больше внимания и журналисты, ведь некоторые из них испытали (и продолжают испытывать) на себе все «прелести» пребывания в ЦВСИГ. Как отмечается в жалобе, поданной главным редактором «Медиазоны» в ЕСПЧ, «арестованные, включая заявителя, были вынуждены спать по очереди, а туалет был отгорожен от общей площади, где люди в том числе принимали пищу, лишь импровизированной занавеской, сделанной из подручных средств (веревки и простыни) самими арестантами».

В этих же условиях находятся и иностранцы, о которых рассказывают некоторые «политические» – только иностранцы живут в этих камерах гораздо дольше. Сейчас, из-за изменившей миграционную ситуацию пандемии, иностранцев попадает в ЦВСИГ меньше, но раньше в ходе полицейских облав на рынках, стройках, общежитиях сюда привозили сотни мигрантов, камеры бывали также переполнены, как и этой зимой, когда там оказались много более известные фигуры. У приехавших на заработки мигрантов часто нет в России семей, почти никогда нет денег, а значит, нет и передач. Нет книг, игр, каких-либо развлечений, нет лекарств… В этих условиях кто-то не выживает, а кто-то, бывает и наоборот – рождается.

Некоторые мигранты ждут отправки на родину не в ЦВСИГ, а в приемниках-распределителях МВД, где тоже все чаще оказываются и осужденные на административный арест политические активисты. Ещё 10 лет назад Россия признала условия содержания там бесчеловечными, совершенно непригодными для длительного пребывания. Бывшие узники как ЦВСИГ, так и изоляторов временного содержания не раз говорили о том, что считают условия жизни там хуже тюремных: в СИЗО и колониях бывают спортивные залы, библиотеки, клубы, какие-то еще возможности проведения досуга, а в центрах временного содержания ничего этого нет. Как же горько попадать в эти «центры» людям, отбывшим наказание в системе ФСИН, ждавшим освобождения! Но вместо долгожданной свободы неграждане попадают в депортационные центры, поскольку в РФ иностранцев с судимостью признают «нежелательными» и обрекают на длительное новое заключение, даже в худших условиях, только уже без вины.

Жизнь заключённых центра в Сахарове. Февраль 2021 года. Рисунок передан в редакцию на условиях анонимности
Жизнь заключённых центра в Сахарове. Февраль 2021 года. Рисунок передан в редакцию на условиях анонимности

Хочется надеяться, что о жестокости и несправедливости системы «центров временного содержания» и отделений приемников при ИВС не забудут. Москвичи покинут эти центры, отбыв там несколько недель ареста. А в этих ямах останутся люди, страдающие от несвободы, одиночества, скуки, унижений, болезней. Люди, обреченные ради «обеспечения выдворения» провести в таких клетках месяцы, а порой и годы.

Стефания Кулаева – эксперт​ Антидискриминационного центра «Мемориал»
Впервые опубликовано в блоге «Радио Свобода»

this post is also available in: Английский
Темы