Юристы комментируют проект изменений перечня профессий и работ, запрещенных для женщин

12.10.2018
This post is also available in: Английский
Адвокат Дмитрий Бартенев, представляет в судах интересы судоводительницы Светланы Медведевой

На мой взгляд, проект приказа Минтруда существенно сужает список запрещенных профессий для женщин, что является результатом, в том числе, дела Светланы Медведевой.

Во-первых, ограничение использования труда женщин касается только женщин условно репродуктивного возраста (от 18 до 49 лет), что представляется разумным.

Во-вторых, такое ограничение распространяется только на те конкретные виды занятости, на которых объективно подтверждено, что условия труда являются потенциально опасными для репродуктивной функции женщины. Тем не менее, общая идея перечня запрещенных профессий для женщин сохраняется: ряд профессий по-прежнему рассматриваются как традиционно «мужские» и запрещенных для женщин. Корректировка перечня запрещенных профессий не соответствует выводам Комитета по ликвидации дискриминации в отношении женщин, поскольку в основе выбора профессии должен лежать свободный выбор женщины, а не решение государства, при это все виды работ и производств должны быть в равной мере безопасны как для мужчины, так и для женщины. Вместе с тем, согласно проекту приказа «мужское» здоровье по-прежнему продолжает считаться чем-то менее ценным, поскольку мужчинам не запрещается работать в условиях доказанной вредности. Логика Минтруда основана, очевидно, на том, что ряд производственных факторов оказывают существенно более выраженное негативное влияние на репродуктивную функцию женщины, чем на мужчины. Тем не менее, выбор профессии и решение вопроса о том, иметь ли детей, должен принадлежать самой женщине, так же как и мужчине.

Более того, поразительным является тот факт, что согласно проекту приказа женщинам не запрещается работать во вредных условиях оказания бытовых услуг, на малярных работах и прочих традиционно «женских» видах занятости. Такое исключение по-сути, оправдывает существующие стереотипы в отношении женских профессий. Думается, установление ограничений применения труда женщин должно опираться на объективные результаты исследования профессиональных вредностей с учетом доли занятости женщин. Ни для кого не секрет, что в России существует масса «вредных» и тяжелых работ, на которых преимущественно работают женщины, при этом никаких реальных мер для защиты репродуктивного здоровья не применяется при полном безразличии.


Юрист Максим Оленичев, представитель печатницы Анастасии в суде, правовой советник ЛГБТ-инициативной группы «ВыхоД»

Новый проект списка профессий, запрещенных для женщин, подготовлен в связи с последними изменениями национального законодательства в сфере охраны труда, однако использует все тот же принцип гендерного разделения труда, пришедший к нам из советского законодательства. Очевидно, что подготовив этот проект, Россия пытается показать, что она отреагировала на мнение Комитета ООН по ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин по делу «Светлана Медведева против России», который указал на дискриминационность наличия списка профессий, препятствующих женщинам по своему усмотрению получить доступ к желаемой профессии. Однако такая реакция через создание нового Перечня не решает сущностные проблемы существования списка профессий, запрещенных для женщин — дискриминационный подход к выбору женщиной профессии и доступа ее на рынок труда.

Проект использует два принципа «запрета» допуска женщин на рынок труда: химические факторы рабочей среды и работы и должности с вредными и (или) опасными условиями труда.

Что касается химических факторов среды, то с 1 января 2014 года в России введена специальная оценка условий труда, которая призвана выявлять на рабочем месте вредные и опасные производственные факторы, которые могут негативно повлиять на здоровье работника. По результатам ее проведения устанавливают классы (подклассы) условий труда на рабочих местах, их всего четыре — оптимальные, допустимые, вредные и опасные условия труда. Отнесение рабочего места к тому или иному классу предполагает от работодателя необходимость улучшения условий труда, а для работника — получение соответствующих льгот и компенсаций (более ранний выход на пенсию, выдача молока и иные). Этот подход использован при создании нового проекта документа, который сосредоточился на опасных и вредных факторов рабочей среды, уйдя от перечисления списка профессий. Это более современный подход, поскольку на здоровье влияет не само осуществление конкретной трудовой функции, а наличие вредных и опасных факторов рабочей среды.

На мой взгляд, новый проект не может быть принят в текущем виде, поскольку не допускает на рынок труда женщин, которые самостоятельно приняли решение об осуществлении работы по конкретной профессии. Проект вводит ограничения для женщин от 18 до 49 лет, пытаясь «защитить репродуктивное здоровье». Однако если у женщины уже есть дети и она не желает более иметь новых детей, то почему она должна подвергаться дискриминационным ограничениям доступа на рынок труда по гендерному признаку? Государство вновь решает за человека на какой позиции и в какой сфере ему работать, что в современных условиях выступает как архаизм.

Оптимальным решением, которое могло бы уравновесить позиции сторон дискуссии, могло бы выступить на первом этапе утверждение такого списка вредных и опасных производственных факторов — конечно, вне зависимости от гендера работника. И далее в результате проведения оценки условий труда рабочего места, предусмотренной действующим законодательством, вредные и опасные факторы будут идентифицированы и указаны в карте специальной оценки условий труда рабочего места (отсутствие такой оценки с 1 января 2019 года является серьезным административным правонарушением в области охраны труда). Уже сейчас действующее законодательство обязывает ознакомить работника с результатами специальной оценки условий труда. Человек — вне зависимости от гендера — при приеме на работу или в результате плановой или внеплановой специальной оценки условий труда — в обязательном порядке в силу действующего законодательства — знакомится с выявленными на его рабочем месте вредными и опасными факторами и после этого самостоятельно принимает решение, готов ли он работать на таком рабочем месте.

Установление работ и должностей с вредными и (или) опасными условиями труда — это также устаревшая конструкция регулирования допуска женщин на рынок труда, поскольку на здоровье человека влияет не осуществление само по себе конкретной трудовой функции, а влияние факторов рабочей среды, которые могут быть идентифицированы. И этому перечню «работ и должностей» не должно быть места в новом перечне, поскольку объективно их включение в перечень вызывает огромные сомнения.

Перечень, если он будет утвержден в нынешнем виде, может также, как и сейчас, создать ничем необоснованные запретительные меры доступа женщин на рынок труда. Например, проект предусматривает запрет женщинам осуществлять работы, связанные с подъемом и перемещением тяжестей вручную (независимо от видов должностей), если такие нагрузки превышают нормативы, установленные в 1993 году специально для женщин. Это лишь один пример гендерного разделения труда, который не имеет разумного обоснования. Все люди индивидуальны и у всех разные физические возможности. В России проживает много женщин, которые физически сильнее мужчин, поэтому представление о женщинах как «о слабом поле», которое превалирует в патриархальном обществе и переносящееся в нормативные правовые акты, не отвечает вызовам времени. Каждый человек сам должен решать какие работы он вправе и может выполнять, а какие — нет. Забота государства об обратном — это не помощь уязвимой группе, а закрепеление гендерных стереотипов.

К сожалению, новый документ не изменит ситуацию Анастасии, поскольку профессия печатника предполагает перемещение тяжестей вручную, которые превышают нормативы, установленные для женщин. Изменив гендерный маркер в документах, Анастасия, успешно работавшая печатницей, вдруг по действующему правовому регулированию почему-то не смогла быть допущенной к этой работе из-за декларируемой государством заботы о ее здоровье. На практике, эти декларативные позиции становятся не заботой об Анастасии, а барьером в ее трудовой деятельности. После изменения гендерного маркера на женский, она была уволена с позиции печатницы и суды двух инстанций на текущий момент отказались учесть ее индивидуальные особенности и предоставить ей возможность работать по выбранной ей профессии. Суды ориентировались на заботу о женщине, однако на практике они закрепили дискриминационное обращение с Анастасией, лишив ее профессии и средств к существованию, которые давала ей работа печатницы. Но мы не сдаемся и при поддержке ЛГБТ-инициативной группы «Выход» продолжаем вести борьбу за право Анастасии работать по той профессии, которую она выбрала.

Перечень работ и должностей с вредными и (или) опасными условиями труда, установленный в проекте документа, существенно сократил список профессий, запрещенных для женщин. Но такое сокращение носит косметический характер за счет обобщения видов работ, запрещенных для женщин. В то же время произошла некоторая либерализация списка и отдельные профессии (например, кондуктор грузовых поездов при особых условиях работы, работы по эксплуатационно-техническому обслуживанию радиооборудования   и  аппаратуры  связи  на  высотных  сооружениях (башнях, мачтах) высотой свыше 10 м, не оборудованных лифтами, и другие) стали доступны для женщин. Однако это не меняет тот факт, что существующие в обществе гендерные стереотипы до сих пор воспроизводятся в нормативных правовых актах, создавая искусственные запреты для доступа женщин на рынок труда.

Все отчеты Все публикации